Место встречи изменить нельзя

Автор: Евгений Щербак

Чемпионат Украины по скалолазанию среди ветеранов

«Ваше кредо, молодые люди?» – строго спросил Остап Бендер.
«Всегда!» – в унисон ответили великовозрастные оболтусы…
И.Ильф, Е.Петров «12 стульев»

Летать рожденный, не может ползать,
А кто ползет, тот не летит.

    Все течет, все изменяется, и сроки переносятся, и не велят пущать, но «мужик», что бык: втемяшится в башку какая блажь, и бабы им подстать: «коня на скаку остановят, в горящую избу войдут, и мало коню не покажется, и что-то с избы уведут».
    Так что, не просто отвадить от дремучей наклонности ходить на четырех: генетический зов пращуров сидит в нас глубоко, и ни пером его оттуда, ни топором. А сказ пойдет, как догадались вы, понятливые мои, о ветеранском сборище, именуемом пятым чемпионатом Украины – маленький юбилей, а приятно (в 2008 г. – девятый будет – Прим.ред.). Звучит красиво и смело. Но мы-то, бывшие спортсмены, некоторые даже очень известные – люди скромные и понимаем, что это всего лишь домашний, камерный междусобчик старых друзей. В ком еще не спало напряжение предстартовой лихорадки, в ком еще тлеет страсть борьбы, а в глазах еще бегают чертики. Кто с иронией, но без паники относится к своим претерпевшим изменения параметрам, кто после финиша не упадет за его чертой, а на своих сможет подняться на пьедестал и воздеть руки, одолевшие ту самую победную зацепку. И что-то защемит там, внутри, и запершит, и комочек к горлу, и слеза самую малость сверкнет в уголке глаза…
    Не без слабостей и мы, ветераны, однолюбы страсти своей юности – скалолазания. Но это случится чуть позже, а сейчас звучит гонг с «Метеора» и пора в дорогу. Сборы недолги и рюкзака не надо. Так, мелочевка всякая: сердечное, снотворное, успокаивающее, возбуждающее. Клизму – нет, с ней много мороки, лучше слабительное – принял и понесся. Минимум снаряги – скальники, магнезия, лифчик набедренный (без грудной супони). Вот и весь джентльменский набор зального скалолаза.
    А вот и сам зал, где стена рукотворная вздыбилась. Ба, знакомые все лица, заматеревшие интеллигенты, радостно сверкающие молодыми керамическими зубами и розовыми проплешинами там, где раньше буйствовали кудри. Ну и животики, конечно, тут уже ни прибавить, ни отнять, хотя отнять следовало.
    О самом «месте ристалища». В древние времена здесь была всесоюзная Мекка поклонников волана. Сам волан – это такой усеченный пин-понговый мячик, в задницу которому натыкано много-много птичьих перьев. Вот и летает, как угорелый пернатый туда-сюда, туда-сюда, аж в глазах рябит. Сама забава на китайский лад звучит: бад-мин-тон. Но не будем снобами, у каждого свои заморочки, а вернемся к нашим архарам.
    Все прибывшие фильтруются через решето мандатной комиссии – МК. В этой самой МК, как повелось со дня сотворения скалолазания еще при Иване Антоновиче (изобретателе соревнований по скалолазанию. – Прим. ред.) – большом ценителе слабого пола – сплошь и рядом женщины, и назвать их членами язык не повернется, да и воспитание не позволяет, поэтому на фланги в соответствии с накопленным капиталом лет: 40, 50, 60, 70. Нижний предел – 40, верхний не ограничен. А дальше?
    А дальше – АД, пульс, ЧСС, анализы. Допинг-контроль. Все солидно, как у людей, дактилоскопию, правда, не делают, к чему? Вон сколько белых пальчиков оставят на стене. Прошедшие МК на два дня становятся участниками. Затем жеребьевка, общая, как говорится – одна на всех, хоть и учитываются половые различия. Наконец, все формальности соблюдены, можно приступать к самому Действу.
    И тут на авансцену выходят жрицы Фемиды. Они строги и беспристрастны. Во главе их Главный Вершитель, затем его вице по видам, далее хранители и отсекатели драгоценного времени, за ними камарилья страховщиков, подготовщиков и прочих экзекутов. Заметьте, везде и всюду судьи и, хоть шаром покати – ни одного завалявшегося адвоката-защитника!
    По сценарию в первом акте мы полезем на скорость, как предполагает продюсер, полезем быстро, а то и побежим. Судья-информатор так и объявит: «В первой паре побегут имряк такой и сякой». Далее нам предложат испытания на трудность, будто на скорости будет недоставать этих трудностей. А когда мы уж совсем поляжем, повяжут нас попарно в «домбайские связки», но передохнуть позволят, не без этого (спорткомитет не связывал. – Прим. ред.). Что касается аксакалов среди ветеранов, то к ним судейские строгости помягче: и трассы попроще, и зацепки почаще, и веревочка без слабиночки, и заступ недосмотрен, а крики «давай», «зашнуривай!» добавляют адреналину и удерживают на мгновение дольше, чем разомкнутся пальцы, и шпаргалочку можно втихоря принять и не быть уличенным в крамоле.
    Вот малец с балкона: «Дедушка, слева карман!». Таращу зенки (в очках-то не полезешь) в поисках кармана, потайной, что ли? Нога уже выбивает дробь. «Терпи» - шепчет юный болельщик. Терплю. Где же ты, второе дыхание, сила воли, спортивная злость? Со злостью еще куда ни шло, а вот с прочими составляющими – дефицит. И опыт жизненный не помогает, а наоборот – довлеет, и ускользает хвост Фортуны – богини удачи. Но долезть все же надо. Друзья болеют и зал искренен в своем реве, да и кредо – «Всегда!» – обязывает.
    Уважаемые соратники-соперники, дорогие друзья! До сих пор мы все одной веревкой связаны. И до самой той доски – скалолазы мы. Пожелаем друг другу победного финиша, а стартовать мы уж как-то сподобимся.
    С одобрением всех мужчин сегодняшний праздник – пятый чемпионат (и каждый следующий. – Прим. ред.), посвящаем нашим верным, терпеливым, дорогим и прекрасным женщинам, тоже скалолазкам!
    Вместо эпилога
Как и всякий праздник, завершился и наш, определив победителей.

…погода была идеальная. Я считаю, что это была вообще идеальная экспедиция. Мы сформировали тактический план в соответствии с подготовкой участников, нашими возможностями, и условиями, которые задали китайцы, и мы его выполнили на 100%. Даже то что один человек заболел я и это просчитал. Команда всего 4 участника, большая гора – кто-то один может выпасть.